Старинные карты Пскова
Походная карта Пскова Стефана Батория (архив Ватикана) 1582 г.
Источник https://vk.com/wall-34157768_40018
Rzeczpospolita Czterech Narodów
Древнейшая походная карта Пскова и его пригородов из архива Ватикана, относящаяся к походу короля Стефана Батория в 1581 году на Псков.
В 1934 году польский ученый К. Бучек впервые опубликовал "План города Пскова", найденный в Ватиканском архиве (См.: Buczek К. Dorobek Kartograficzny wojen Stefana Batorego. Wiadomosci Siuzby Geograficznej. Warszawa, 1934. Zesz. 3, P. 251-263. Tab. II.) (ил. 79). План современен изображаемым событиям. Он был прислан в Рим в начале 1582 года папским нунцием А. Поссевино. Последний осенью 1581 года находился в полевом лагере С. Батория под Псковом, а позднее как посредник принимал участие в переговорах при заключении между воюющими сторонами Ям-Запольского мира. А. Поссевино, весьма осведомленный свидетель осады Пскова, замечательно подробно описал город на реке Великой (См.: Поссевино А. Исторические сочинения о России XVI в. М., 1983. С. 45.). Посланный им в Рим рисунок, очевидно, копия с плана королевской походной канцелярии.
На рассматриваемом плане показаны обозначенные латинскими подписями (Перевод надписей плана 1581 года осуществлен Д. А. Дрбоглавом.) Псков и города его округи Заволочье, Опочка, Красный, Воронеч. Эти населенные пункты были или временно захвачены, или находились на пути польско-литовской армии, двигавшейся к Пскову в июле - августе 1581 года. План как раз и отражает один из этапов этого движения и составлен явно в военно-ситуационных целях. Показаны реки Великая, Сороть, Пскова, дороги, соединяющие Заволочье, Красный, Опочку, Воронеч, виден королевский стан в районе Сороти, помечены расстояния в польских милях. Красный городок обозначен как "сожженный нашими", а Остров - ныне осажденным. Последнее пояснение имеет датирующее значение. Отряд королевской армии подступил к Острову 13 августа 1581 года, осаду всеми силами начали 18 августа, 21 августа крепость сдалась. 25 августа войска Речи Посполитой подошли к Пскову. Судя по тому, что Остров на плане значился осажденным, составление нашего чертежа могло иметь место между 18 и 20 августа 1581 года.
Начертание Пскова выполнено по сведениям пленных, очевидцев и донесениям. Оно схематично, но верно передает ориентацию и общую топографию города и его предместий. Обозначены стены Большого Окольного и Среднего города. Количество башен изрядно приуменьшено, но Гремячая башня Запсковья правильно представлена одной из самых высоких (по современным обмерам высота этой башни 25 м). Далее, точно локализовано местоположение верхнего и нижнего замка (Кремль и Средний город), а также княжеского дворца. Последний показан в виде трехэтажного дома, окруженного пристройками и затейливыми башенками" Княжеский дворец, а точнее двор, служил во второй половине XVI века царской резиденцией и одновременно "штабом" действовавшей в Ливонии русской армии. В нем по известиям 1569, 1577, 1579 и 1580 годов останавливался Иван IV. О постройках дворца сохранились отрывочные данные, относящиеся главным образом к XVII веку. Упомянутое изображение дворца, как бы его ни характеризовать, единственное в своем роде.
Псков по размеру превосходит все соседние города, имеющиеся на ватиканском плане. Он изображен с запада. Границей и как бы опорой с этой стороны являлась река Великая. Именно так рисовали иконописцы Псков в XVII -XVIII веках. Исследуемый вид города, следовательно, соответствует местной иконографической традиции, похоже, более древней, чем считается до сих пор. Возможно, что план 1581 года изготовлялся отчасти по каким-то русским эскизам или даже иконам. Такими материалами картографы С. Батория могли в то время обладать.
При всем интересе, который представляет план, его постройки и детали имеют во многом условное символическое значение, они передавались явно понаслышке. Строгих реалистических соответствий от этого чертежа требовать не приходится. Польская военная картография делала в тот период только свои первые шаги.
Сделанный вслепую, еще до подхода к городу, и поэтому слишком общий и схематичный, план мог даже дезориентировать военного человека об истинной силе города и мощи его укреплений. Так, видимо, и случилось. Прибывший к Пскову Стефан Баторий, как пишет упоминавшийся выше Павел Одерборп. "увидел своими глазами огромный город, населенный большим количеством горожан, Дворян и сельских людей (собравшихся) из окрестностей и немалый военный гарнизон. Этот город был защищен подходящим расположением на местности, а с одной стороны - рекой Великой. Кроме того, он достаточно укреплен стенами, бастионами, каменными башнями.
Так что королю открылась совсем не та возможность (взятия города), которую он представлял себе по распространенным всеми слухам" (Pauli Oderbornii Joannis Basilidis Magni Moscoviae Ducis Vita. P. 248-249.).
Как бы ни трактовать план Пскова из архива Ватикана, это едва ли не самое раннее сохранившееся графическое изображение крупного русского города, исполненное в походных условиях каким-то военным топографом. Находящееся на грани между схемой и реальностью произведение свидетельствует о том, что польско-литовское командование, развертывая очередной поход в глубь России, не имело полного и отчетливого представления о цели своей операции - крупнейшем городе Восточной Европы.
